Home » Прогнозы на спорт » Спорт высших осложнений

Спорт высших осложнений

Спорт высших осложнений

Как пандемия коронавируса изменит облик спортивной отрасли

Начавшийся процесс возвращения — в виде турниров по смешанным единоборствам, футбольного чемпионата Германии — большого спорта с «коронавирусных каникул» стал лишней причиной задуматься, насколько пандемия повлияет на облик отрасли, которую можно считать одной из главных ее жертв. Кажется, по крайней мере в ближайшем будущем, ее действительно ждут грандиозные изменения и грандиозные проблемы. Это касается и календаря соревнований, и спортивной экономики, и, может быть, даже соревновательных форматов.

Из-за отсутствия болельщиков на трибунах футбольные клубы Европы недосчитаются сотен миллионов евро

Из-за отсутствия болельщиков на трибунах футбольные клубы Европы недосчитаются сотен миллионов евро

Из-за отсутствия болельщиков на трибунах футбольные клубы Европы недосчитаются сотен миллионов евро

Календарный хаос

Давно, уже с марта, у многих медиаресурсов в тренде публиковать списки спортивных событий, которые стали жертвами пандемии. В них включают приостановленные на неопределенный срок, отмененные, перенесенные состязания и официальные мероприятия вроде фестивалей, имеющих отношение к спорту, конгрессов федераций. Версии списков у AP, Reuters, BBC, ESPN отличаются. Но в любом случае количество пунктов в каждом уже прилично зашкаливает за три сотни. А примерно пятая часть этих пунктов — либо международные соревнования, либо соревнования локальные, но востребованные и за пределами страны, где проводятся, вроде футбольных чемпионатов «большой пятерки» или НХЛ с НБА. И нагляднее иллюстрации того урона, который коронавирус успел нанести отрасли, нет. Впрочем, эти списки — еще и иллюстрация масштаба проблем, с которыми ей придется столкнуться в обозримом будущем, а также остроты головной боли у тех, кто отвечает за все упомянутые в них мероприятия.

Сейчас новости, боль описывающие, рождаются в основном из долгих дискуссий по поводу того, стоит ли возобновлять прерванные соревнования, а если стоит, то в каком формате — усеченном или более или менее полноценном, при соблюдении сверхжестких или просто жестких мер безопасности? Но скоро, видимо, настанет очередь и дискуссий по поводу чуть более отдаленного от текущего момента будущего.

Коронавирус уже вызвал поистине тектонические сдвиги в календаре. И перенос с лета 2020-го на лето 2021 года футбольного чемпионата Европы и Олимпийских игр в Токио, сопровождавшийся переносом — тоже на год вперед — таких «больших» состязаний, как чемпионаты мира по водным видам спорта или легкой атлетике, которые на них наложились,— заметнейший среди уже подвергшихся перемещению пластов. Собственно, для того чтобы оценить градус и сложность вызовов, связанных с календарными потрясениями, достаточно взглянуть хотя бы на вызовы, уже появившиеся благодаря главным переносам.

Вот, допустим, Олимпиада. О необходимости перезаключать спонсорские контракты, контракты с владельцами и арендаторами созданной под нее инфраструктуры, корректировок билетной программы неоднократно рассказывали и президент Международного олимпийского комитета (МОК) Томас Бах, и те японские чиновники, которые курируют организацию Олимпийских игр. А сайт Insidethegames опубликовал материал, в котором упоминаются и некоторые другие, менее бросающиеся в глаза, но очень болезненные пункты в «дорожной карте» по адаптации к олимпийскому переносу. В этом материале, например, приводятся слова президента Международной федерации легкой атлетики (Worlds Athletics) Себастьяна Коу, который, описывая ситуацию с «переподготовкой» к Олимпиаде, говорил о «мириадах» трудностей. И эти трудности, по его словам, отнюдь не исчерпываются улаживанием потенциальных конфликтов с предпринимателями или хозяевами гостиниц, которых придется второй раз просить замораживать цены на дорогие токийские номера, чтобы они соответствовали стандартам МОК и не отпугнули публику. Себастьян Коу обратил внимание на численность обслуживающего персонала, работающего на Олимпиадах. Это — 9–10 тыс. человек, которые, как правило, заранее договариваются о новом, постолимпийском трудоустройстве. Иными словами, олимпийский персонал в 2021 году придется искать заново.

При этом надо понимать, что Олимпиада — это «модельное» состязание и что те же задачи будут вынуждены решать организаторы турниров, «отодвинутых» ею,— водного и легкоатлетического мировых первенств, чемпионата Европы по баскетболу.

Есть и еще менее заметные нюансы. К примеру, ESPN посвятил довольно большой материал баскетбольной сборной США. Составленная из суперзвезд НБА, она на каждой Олимпиаде выступает в роли одного из самых любопытных аттракционов. Суть материала ESPN сводится к тому, что очередной сезон ведущей баскетбольной лиги может из-за коронавируса стартовать гораздо позже, чем обычно, и, соответственно, закончиться позже — не в июне, как планировалось, а в июле, когда открываются Олимпийские игры. И тогда не факт, что суперзвезды, лишающиеся отдыха в межсезонье, вообще поедут в Токио.

Хотя тезис о позднем финише сезона звучит гораздо более актуально применительно ко второму сдвинутому ровно на год турниру-гиганту. Сейчас во всех футбольных лигах, за исключением успевшей только что вернуться немецкой, запускаются сценарии, которые предусматривают сильно отложенный рестарт текущих чемпионатов — в середине или в конце, как в Российской премьер-лиге (РПЛ), июня. Финиш тоже будет отложенным, едва ли дающим шанс вовремя по прежним стандартам начать новый сезон. А старт европейского первенства — 11 июня 2021 года — и так располагается почти впритык к традиционным датам окончания национальных турниров, сберечь которые будет невероятно тяжело.

Союз европейских футбольных ассоциаций (UEFA), пока не наступила полная ясность с пандемией и ее последствиями, кажется, просто не хочет поднимать тему перегруженности, сверхплотности «посткоронавирусного» календаря. Но в рамках прошедшего в конце апреля вебинара Soccerex ее поднял член исполкома UEFA, президент Ассоциации европейских лиг Ларс-Кристер Ульссон. На вебинаре у Ульссона поинтересовались, в течение какого срока коронавирус, на его взгляд, будет оказывать влияние на международный календарь. «Возможно, два-три года»,— ответил функционер, уточнив, что не исключает того, что нынешний кризис повлияет даже на чемпионат мира в Катаре. Он назначен на ноябрь—декабрь 2022 года. А господин Ульссон, похоже, всерьез считает, что реален эффект домино: уплотнение графика в будущем сезоне может вылиться в уплотнение в сезоне, который за ним последует. А чемпионат мира и без такого уплотнения жестко, как в тиски, зажат внутри него…

Ларс-Кристер Ульссон, расшифровывая свою мысль, предпочел добавить, что «надо ждать и смотреть». И эту фразу на самом деле, говоря о спортивном календаре и 2021-го, и 2022 годов, могли бы, надо полагать, повторить десятки функционеров.

Трансферный индикатор

Финансовый ущерб, который пандемия уже нанесла и еще нанесет спортивной индустрии, является, пожалуй, наиболее популярной, но противоречивой темой. Ситуация постоянно меняется: какие-то соревнования возвращаются или собираются вернуться к жизни, какие-то, напротив, откладываются на неопределенный срок. Прогнозы относительно глубины финансовой пропасти, из которой придется выбираться спорту, варьируются — от тех, что констатируют, что будет очень трудно, до откровенно алармистских. Из наиболее свежих можно привести заявление, прозвучавшее на совещании руководителей футбольных клубов и федераций в начале мая. По информации BBC, на нем было сказано, что потери только топовых футбольных клубов Европы составят более €3,9 млрд, если удастся доиграть нынешний сезон и более или менее нормально, пусть даже без зрителей, провести следующий. Если же придется снова останавливать соревнования, а такая вероятность не исключена, потери взлетят до €6,9 млрд. Ничего удивительного, если потенциальные потери одного только «Реала» оцениваются в €165 млн, «Манчестер Юнайтед» — в €155 млн, «Барселоны» — в €140 млн. Потери американского спорта (а это главный, за вычетом футбола, спортивный рынок мира) при наиболее неблагоприятном развитии ситуации, согласно оценке ESPN, могут достичь $12 млрд и негативно повлиять на 3,5 млн рабочих мест, связанных со спортивной индустрией.

Или другая впечатляющая цифра. Перенос токийской Олимпиады на 2021 год по самым пессимистичным оценкам потребует только $6 млрд дополнительных вложений — $650 млн из них уже взял на себя МОК, а остальное, похоже, ляжет на японских налогоплательщиков. Еще $150 млн Международный олимпийский комитет выделил на поддержку национальных олимпийских комитетов и международных спортивных федераций, но это вряд ли снимет для них остроту проблемы. Только дефицит Олимпийского комитета США оценивается в $200 млн. Наконец, можно обратиться к исследованию, проведенному маркетинговым агентством Two Circles.

В нем отмечается, что суммарный доход спортивной индустрии в этом году должен был составить около $135 млрд, однако из-за коронавируса он будет практически вдвое ниже.

О том, насколько оправданы такие прогнозы, можно будет судить, по всей видимости, уже постфактум, когда пандемия останется в прошлом. Но, скорее всего, долго ждать, чтобы понять реальный масштаб проблем, не придется. В роли индикатора финансового положения мирового спорта уже в ближайшие месяцы выступит футбольный трансферный рынок. Летний период дозаявок вообще-то должен был открыться уже 1 июля, но решением Международной федерации футбола (FIFA) его перенесли на более поздний срок. Как бы то ни было, дозаявки стартуют не позже сентября, поскольку в конце августа должен завершиться футбольный сезон, и они покажут, насколько меньше стало денег в системе.

По оптимистичным оценкам ничего страшного период дозаявок не покажет. К оптимистам стоит, наверное, отнести специалистов портала Transfermarkt, который еще в начале апреля провел коронавирусную переоценку игроков. Все вместе они подешевели на €9 млрд, что много. Но уценка каждого в отдельности не превысила 20%. А футболисты, родившиеся в 1998 году и позже, подешевели только на 10%. Такие колебания на рынке случаются и без всяких пандемий. Другое дело, что все привыкли к тому, что цены на игроков могут только расти, но очевидно, что бесконечным этот процесс быть не мог.

Примерно такой же позиции придерживаются специалисты CIES Football Observatory (организация учреждена FIFA и швейцарским университетом Невшателя). По их предположениям, футболисты подешевеют в среднем на 28%.

Но есть и гораздо более тревожные оценки. Например, Дамьен Комолли, успевший поработать спортивным директором в «Тоттенхеме», «Сент-Этьене», «Ливерпуле» и «Фенербахче», заявил Sky Sports, что «весь футбольный бизнес изменится». Он не согласился с тем, что снижение цен на футболистов удержится в разумных рамках. «Я общался с футбольным агентом в Бельгии, и он рассказал, что сейчас предлагает игроков, которые еще в начале года стоили по €30 млн, всего за €10 млн. Это было в мае. Сейчас ситуация явно сложнее». Причина такого падения цен очевидна. Клубы во время простоя не получают доходов, а обслуживать обязательства им по-прежнему нужно — и не только перед игроками, но и перед другими командами. Скажем, только клубы Английской премьер-лиги должны за футболистов €1,9 млрд, из них более €1 млрд — иностранным командам. И в такой ситуации находятся все топ-лиги Европы. Так что «живых» денег на рынке сейчас не так много, как раньше. Впрочем, те, кто все же сумел создать резервы, сейчас могут получить редчайший шанс собрать за смешные деньги команду мечты. «Я не удивлюсь, если большие команды вложат, скажем, по €100 млн в покупку не одного-двух игроков, а сразу семи-восьми молодых футболистов, которые составят костяк команды на годы вперед»,— говорит Дамьен Комолли. Вообще, считает он, время игроков ценой €100 млн прошло, потому что свободных денег у большинства клубов нет, а те, у кого они есть, поостерегутся их тратить, не желая быть обвиненными в пире во время чумы. Правда, все это не мешает руководству «Тоттенхема» требовать за Гарри Кейна безумные £200 млн, а «Боруссии» просить за Джейдона Санчо более €100 млн.

Однако автор книги «Цена футбола» Киран Магуайр уверен, что таких цен не будет. В интервью испанскому изданию AS он отметил, что многие концентрируются на топ-клубах, забывая о командах второго и третьего эшелонов. Особенно тех, которые зависимы от посещаемости стадионов (продажа билетов на один домашний матч может приносить до €3 млн). Им, чтобы просто остаться на плаву, придется продавать футболистов — и продавать дешево. «Традиционно это был рынок продавца. Теперь все наоборот: цену диктует покупатель»,— отметил господин Магуайр. Он отметил, что те клубы, у которых есть резервы или богатые владельцы, могут очень сильно выиграть в кризис, купив футболистов, которые даже для них раньше были слишком дороги, и увеличив тем самым разрыв между топовым эшелоном и всеми остальными. «Так работает капитализм. Справедливости в футболе нет»,— уверен Киран Магуайр.

Переключение режима

Прогноз насчет того, что мир после коронавируса уже никогда не будет прежним,— это, наверное, все же легкая гиперболизация. Но в случае со спортивной отраслью он наверняка близок к истине, потому что кое-какие намеки на грядущие изменения видны уже сейчас. Достаточно опять же изучить свежие новости.

Вот Карибская ассоциация национальных олимпийских комитетов (CANOC) вместо того, чтобы перенести заседание исполкома, решает проводить его в режиме видеоконференции. Вот Международная федерация парусного спорта (World Sailing) сообщает о том, что в таком же режиме собирается устроить не просто рядовое заседание, а назначенные на осень выборы президента. А вот о проведении сентябрьского конгресса в online-формате информирует крупнейшая среди спортивных федераций — FIFA…

А вот мощнейший спортивный телевизионный холдинг ESPN заключает новый договор с NBA 2K, то есть с лигой, где играют в компьютерную НБА, и объявляет о том, что будет показывать ее турниры на одном из ключевых каналов. А вот крупные ресурсы впервые не ужимают до двух строчек новость о том, что сменился руководитель в Международной федерации компьютерного спорта (IESF), а считают своим долгом привести биографию занявшего должность Влада Маринеску и рассказать о его планах. А вот в конце апреля появляется официальное обращение президента МОК Томаса Баха. В нем господин Бах, прежде говоривший о том, что киберспорт не соответствует «идеологии олимпийского движения», призывает спортивные федерации наладить связи с производителями видеоигр и использовать возможности «виртуальной сферы».

Повышенное внимание к киберспорту, обретение привычки проводить совещания в удаленном режиме — это, конечно, необязательно свидетельство того, что спорт, десятилетиями боготворивший «патриархальные», «живые» формы, вдруг резко, в один миг, переориентируется на те, что были ему не милы. Но, во всяком случае, их «удельный вес» явно повысится. А про один из спортивных жанров можно даже говорить, что в нем переориентация, крен наверняка будут солидными.

Проекты не любительских и полулюбительских, удовольствия ради, а вполне серьезных онлайн-турниров в шахматах появлялись и раньше. Авторами некоторых становились люди, досконально разбирающиеся и в технических, и в коммерческих тонкостях вида. Один такой проект — большой, подробный — подготовил в свое время, например, 14-й чемпион мира Владимир Крамник.

Авторы всех этих инициатив указывали на важное обстоятельство: «живая» аудитория для шахмат не так уж важна: она все равно по меркам других видов, как правила, мизерна — как и доходы от нее. Шахматы ориентируются именно на онлайн-болельщиков. При этом игра «на удаленке» позволяет минимизировать до предела расходы на проведение турниров: не нужно оплачивать аренду локаций, расходы на проезд и размещение участников. А такое радикальное облегчение логистики позволяет и уплотнить календарь соревнований. Главной проблемой для претворения проектов в жизнь оставался до сих пор античитинг. Но вроде бы появились соответствующие программы…

Пандемия в итоге запустила целую волну онлайн-турниров высочайшего уровня. Сначала — состязания, придуманные Магнусом Карлсеном, за ними — Кубок наций Международной шахматной федерации, за Кубком наций — турнир с участием восьми ведущих российских гроссмейстеров, за ним — снова турнир от раскачавшейся FIDE, Мемориал Вильгельма Стейница… Эти турниры, которые идут без перерыва, оказалось не так уж сложно организовать. А еще оказалось, что элитные игроки охотно принимают приглашение в них выступать.

Еще, конечно, предстоит проанализировать эффект, который вызвало «турнирное цунами» с точки зрения востребованности таких шахмат. Но, по крайней мере, никаких скандалов с читерством на них зафиксировано пока не было. И это тоже важный результат в «проекции» на применение формата в «постпандемийную» эпоху.

Геннадий Орлов: «Спортивная индустрия сможет выдержать удар пандемии»

Геннадий Орлов: «Спортивная индустрия сможет выдержать удар пандемии» | Фото Александра Демьянчука / ТАСС

— Многое должно измениться. И не только в спорте, а вообще в мире. Люди должны понять, что надо по-другому относиться к своему здоровью. Вспоминаю, как я первый раз попал я Японию, это было в 1986 году на Всемирной универсиаде. И был удивлен тем, как много людей носят маски на улицах, в метро. Мне объяснили, что японцы очень трепетно относятся к соблюдению санитарных правил. Это у них появилось уже давно, после атомных взрывов в Хиросиме и Нагасаки. Многие боятся радиации, боятся чем-нибудь заразиться. К тому же в Японии мало земли, а население большое, сильная скученность людей. Поэтому в стране очень заботятся о чистоте, тщательно убирают улицы, моют до блеска метро, железнодорожные вокзалы, поезда, автобусы. И ношение масок там в порядке вещей.

— Япония всегда была страной, в которой многое казалось странным, а потом это принимали и в других странах.

— Такое же сейчас отношение к гигиене, к чистоте не только в Японии, но и в Южной Корее, в Скандинавских странах, особенно в Норвегии. И так как врачи нас предупреждают, что нынешняя пандемия коронавируса не последняя, что возможны новые волны инфекции, новые вирусы, то мир будет привыкать к тому, что нужно соблюдать все эти меры — носить маски, мыть руки, применять средства дезинфекции.

И все это предстоит применять на спортивных соревнованиях, которые начнут проводить после улучшения обстановки в мире. И не на какой-то срок, это должно стать нормой — строжайшее соблюдение санитарных правил, наведение чистоты на стадионах, спортивных аренах, тренировочных базах. Все спортсмены, тренеры, другие участники соревнований будут проходить тестирование, при малейших подозрениях на заболевание их будут отстранять.

— Из-за коронавируса профессиональный спорт понес огромные убытки. Как это изменит финансовую ситуацию в этой сфере?

— Пандемия нанесла спорту как индустрии очень сильный удар. В 2020 году отменили многие крупные международные турниры, все чемпионаты мира, Европы, перенесена Олимпиада в Токио. Не состоятся знаменитые марафоны в Бостоне, Нью-Йорке, Берлине. Огромные убытки понесли профессиональные лиги в хоккее, баскетболе и, конечно, футболе. Английская премьер-лига потеряла миллиард евро, лиги в Италии, Германии потеряли по 700 — 800 миллионов евро. Конечно, это скажется на бюджетах клубов, ценах на трансферном рынке. Аналитики подсчитывают, что расходы на зарплаты сократятся на 40 — 50%, на столько же снизятся трансферные суммы на футболистов.

— Индустрия спорта сможет выжить после пандемии?

— Профессиональный спорт, бесспорно, не рухнет из-за пандемии, он выдержит этот удар. Профессиональный спорт, индустрия зрелищ, нужен людям. Футбол, хоккей, баскетбол, другие виды спорта приносят людям эмоции, в которых они сильно нуждаются, приносят радость.

— В спорте высших достижений, то есть на Олимпийских играх, немало соревнований, которые трудно назвать зрелищными, они у публики большого интереса не вызывают. Как будет с ними?

— Олимпийские игры будут проводить и дальше. Согласен, что некоторые виды олимпийской программы не вызывают большого интереса у зрителей, например, пулевая стрельба, стрельба из лука. Но у федераций по таким видам спорта есть мощная поддержка со стороны МОК — Международного олимпийского комитета. У МОК есть огромные рекламные контракты с могущественными компаниями-спонсорами — «Кока-Колой», «Макдоналдсом», «Найком» и другими. В России же олимпийские виды спорта поддерживаются Министерством спорта.

— В период пандемии и остановки почти всех соревнований повысился интерес к киберспорту. Как считаете, этот интерес сохранится?

— Не вижу в киберспорте ничего плохого. Наоборот, например, FIFA сейчас продвигает киберфутбол, рекомендует всем профессиональным клубам развивать его, создавать у себя секции. В «Зените» такая есть, я недавно награждал победителей турнира по киберфутболу, который проводил клуб, познакомился с этими ребятами. Немного не понравилось, что все они выглядят неспортивными, у всех избыточный вес. Наверное, киберспорт хорош для людей, у которых есть проблемы со здоровьем.

— Сохранится ли практика тренировок в дистанционном режиме?

— Во всех игровых видах спорта тренировки на удаленном доступе не имеют смысла. Важны командное взаимодействие, сыгранность, а это невозможно отработать дистанционно. В некоторых других видах, может быть в исключительных случаях, такая практика будет применяться.

— Сейчас соревнования, в том числе футбольные чемпионаты, будут проводить при пустых трибунах. Это надолго?

— Думаю, что зрители не скоро вернутся на трибуны. В Англии, как я читал, и следующий футбольный сезон начнут при пустых трибунах. Без зрителей хотят доиграть сезон в НХЛ. Конечно, это приносит убытки клубам и лигам, но есть контракты с телекомпаниями, спорт будут транслировать, и болельщики найдут способы поддержать свои команды.

— Многие опасаются, что слишком рано в России решили возобновить футбольный сезон, что еще велика опасность заражений.

— Надеюсь, что при соблюдении всех мер безопасности в спорте удастся обойтись без вспышки вируса. Сейчас проходит чемпионат Белоруссии по футболу со зрителями, всего три человека заболели. Да и из-за футбола ли они заболели? Сейчас проводят тестирование в командах Российской премьер-лиги и больных находят только в тех клубах, которые выступали против доигрывания чемпионата. Это наводит на определенные мысли. Например, Плиев из «Рубина» заразился на свадьбе, то есть нарушил режим самоизоляции, сам виноват. Вообще в контракты футболистов стоит внести пункты о штрафах за нарушения такого типа.

Спортсмены и все люди должны больше думать о самосохранении. Больше заботиться о своем здоровье. Государства должны больше тратить средств на медицину, разработку вакцин, лекарств, а не на вооружение. К таким мыслям приводит пандемия коронавируса.

Текст печатается в рамках общероссийского журналистского проекта «Адаптация», посвященного осмыслению глобальных последствий пандемии коронавируса. Интервью с Геннадием Орловым было опубликовано газетой «Петербургский дневник» 26 мая 2020 года.

Проект «Адаптация» организован Союзом журналистов России по инициативе Санкт-Петербургского отделения СЖР. Соорганизаторы проекта — «Российская газета» и «Санкт-Петербургские ведомости».

К проекту уже присоединились СМИ не только из Санкт-Петербурга, но и из Ставрополя, Иркутска, Казани, Великого Новгорода, Пскова.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 090 (6688) от 28.05.2020 под заголовком «Геннадий Орлов: «Спортивная индустрия сможет выдержать удар пандемии»».

Когда Россия почувствует эффект от санкций: прогноз экономиста

Западу удалось вызвать всплеск эмоций в ходе «санкционной войны» против России, но реальные последствия от ограничений Москва прочувствует нескоро. Доцент департамента мировых финансов Финансового университета при Правительстве РФ Лазарь Бадалов допускает, что эффект от санкций проявит себя только через полгода, а то и в следующем году.

По словам экономиста, пока Россия и Запад еще не до конца осознали, какой масштаб ограничительных мер будет действовать. Европа и США вводят ограничения, какие-то из них будут отменять, другие корректировать.

«Эффект мы сможем ощутить только к осени»

«Компании работали и продолжают работать, потому что есть запасы сырья, материалов, каких-то комплектующих, контрактные обязательства. То есть эффект от этих санкций мы сможем ощутить только к осени, а то и в следующем году. Точно как и по аналогии с пандемией: когда локдаун начинался, никто еще не понимал, в панике гречку, туалетную бумагу зачем-то покупали», — пояснил Бадалов в беседе с РЕН ТВ.

Эксперт добавил, что сейчас больше страха распространяется через социальные сети, чем Москва ощущает на себе эффект санкций.

«Что мы на сегодняшний день смогли почувствовать на бытовом уровне? Рост цен. Но этот рост сцен в определенной степени спровоцирован паникой, потому что чрезмерный спрос на отдельные группы товаров привел к дефициту этих товаров. Соответственно, в условиях дефицита цены всегда растут. Опасения того, что лишимся зарплаты или работы? Опять-таки для того, чтобы это произошло, нужен определенный промежуток времени. Одномоментно, сиюминутно ничего не происходит», — считает экономист.

«Идеальный шторм» в экономике

Он также отметил, что с инфляцией столкнется весь мир, который на фоне пандемии коронавируса оказался в состоянии «идеального шторма».

«Мировая экономика не успела оправиться от последствий пандемии. Только начался процесс, медленный процесс восстановления, как возникла вот эта «санкционная война», которая опять всю мировую экономику потянет вниз», — рассказал Бадалов.

Экономист напомнил, что санкционная «палка» обладает двумя концами — ограничения бьют в обе стороны, и страдают все участники процесса. Эмоциями он объясняет и попытки прикупить как можно больше валюты в первые дни.

«Мы живем в рублевой зоне. Наши доходы, расходы все равно формируются в рублях. Даже если мы сегодня будем постоянно стоять в очередях в обменные пункты, но мы не сможем все свои доходы перевести в валюту. Это объяснение той ситуации, в связи с которой Центробанк ввел временный запрет на продажу количества иностранной валюты на сегодня. Людям эта валюта в какой-то степени даже и не нужна была, просто эмоциональное поведение: все бегут, и я буду бежать вместе с ними», — добавил собеседник.

По его словам, в связи с этим власти позволили покупать слитки драгметаллов и отменили НДС, поскольку драгоценные металлы многие считают «аналогом доллара».

Эффект от антироссийских санкций

На Западе серьезно опасаются эффекта «бумеранга» после введения антироссийских санкций. Действия властей США и Европы привели к топливному кризису, в Штатах фиксируются рекордные цены и показатели инфляции.

Заместитель министра финансов США в администрации Рональда Рейгана Пол Крейг Робертс, который является автором так называемой рейганомики, опасается разрушения западной экономики, если Россия решит прекратить экспорт энергии и полезных ископаемых.

По его словам, Москва может нанести серьезный ущерб промышленности, но не хочет этого делать из-за убытков в иностранной валюте.

Глава минфина Великобритании Риши Сунак заявил, что последствия санкционной политики скажутся на жизни островного государства, а правительство не сможет полностью защитить граждан. Тем не менее, Лондон хочет минимизировать издержки для британцев. В минфине добавили, что Великобритания намерена уменьшить налоговое бремя, что касается в первую очередь малообеспеченных граждан.

«Чтобы ввести санкции против России, придется платить здесь», — заявил министр.

Президент торгово-экономического совета США — Куба Джон Кавулич отметил, что антироссийские меры превратились в «коллективную боль для всех». При этом он подозревает, что Запад не будет торопиться со снятием ограничений даже после окончания спецоперации на Украине.

Источник https://www.kommersant.ru/doc/4348220

Источник https://spbvedomosti.ru/news/adaptation/gennadiy-orlov-sportivnaya-industriya-smozhet-vyderzhat-udar-pandemii/

Источник https://ren.tv/news/ekonomika/953693-ekonomist-sprognoziroval-kogda-rossiia-pochuvstvuet-effekt-ot-sanktsii

Источник

Оставить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

Scroll To Top