Калькулятор расчета монолитного плитного фундамента тут obystroy.com
Как снять комнату в коммунальной квартире здесь
Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru
Home » Английская премьер-лига » Статьи » Стихи про футбол |

Стихи про футбол |

СТИХИ ПРО ФУТБОЛ

Стихи про футбол

Телохранитель был отравлен.
В неравной битве изнемог,
Обезображен, обесславлен,
Футбола толстокожий бог.
И с легкостью тяжеловеса
Удары отбивал боксер:
О, беззащитная завеса,
Неохраняемый шатер!
Должно быть, так толпа сгрудилась —
Когда, мучительно жива,
Не допив кубка, покатилась
К ногам тупая голова.
Неизъяснимо лицемерно
Не так ли кончиком ноги
Над теплым трупом Олоферна
Юдифь глумилась…

Владимир Высоцкий — Не заманишь меня на эстрадный концерт

Не заманишь меня на эстрадный концерт,
Ни на западный фильм о ковбоях:
Матч финальный на первенство СССР —
Мне сегодня болеть за обоих!

Так прошу: не будите меня поутру —
Не проснусь по гудку и сирене,
Я болею давно, а сегодня — помру
На Центральной спортивной арене.

Буду я помирать — вы снесите меня,
До агонии и до конвульсий,
Через западный сектор, потом — на коня
И несите до паузы в пульсе.

Но прошу: не будите меня на ветру —
Не проснусь, как Джульетта на сцене,
Всё равно я сегодня возьму да помру
На Центральной спортивной арене.

Пронесите меня, чтоб никто ни гугу!
Кто-то умер — ну что ж, всё в порядке.
Закопайте меня вы в центральном кругу,
Или нет — во вратарской площадке!

…Да, лежу я в центральном кругу,
Шлю проклятья Виленеву Пашке,
Но зато — по мне все футболисты бегут,
Словно раньше по телу мурашки.

Вижу я всё развитие быстрых атак,
Уличаю голкипера в фальши,
Вижу всё — и теперь не кричу, как мудак,
Мол, на мыло судью или дальше…

Так прошу: не будите меня поутру,
Глубже чем на полметра не ройте,
А не то я вторичною смертью помру,
Будто дважды погибший на фронте.

Роберт Рождественский — Льву Яшину

«Года летят»
банальнейшая фраза,
И все же это факт:
года
летят…
Осатанело и тьгсячеглазо
все стадионы
за тобой
следят…
А помнишь,
как застыл судья
картинно.
Чужое солнце
вздрогнуло во мгле.
И грозно снизошла
улыбка тигра
на лик
великолепного
Пеле.
Был миг,
как потревоженная мина.
И захлебнулся
чей-то баритон!
И был разбег!
И половина мира
в беспамятстве
искала валидол!
И…
знаменитейший удар
с нажимом!
И мяч мелькнул
свинцовым колобком!.
А ты
достал его
В непостижимом!
В невероятном!
В черт возьми
каком.
Хвалебные слова
всегда банальны.
Я славлю
ощущение броска!
Года летят,
и каждый
как пенальти,
который ты возьмешь
наверняка!

Владимир Высоцкий — Марш футбольной команды «Медведей»

Когда лакают
Святые свой нектар и шерри-бренди
И валятся на травку и под стол,
Тогда играют
Никем непобедимые «Медведи»
В кровавый, дикий, подлинный футбол.

В тиски медвежие
Попасть к нам не резон,
Но те же наши лапы — нежные
Для наших милых девочек и жён.

Нам выпадает карта
От травмы до инфаркта.
Нам выпадает карта —
Мы ангелы азарта!

Вперёд, к победе!
Соперники растоптаны и жалки,
Мы проучили, воспитали их.
Но вот «Медведи»
Приобретают свежие фиалки
И навещают в госпитале их.

Тиски медвежие
Не выдержит иной,
А в общем, мы ребята нежные
С пробитою, но светлой головой.

Нам выпадает карта
От травмы до инфаркта.
Мы ожидаем фарта,
Мы дьяволы азарта!

А нам забили…
Не унывают смелые «Медведи» —
Они не знают на поле проблем.
А на могиле
Все наши мэри, доротти и сэди
Потоки слёз прольют в помятый шлем.

В тиски медвежие
К нам попадёт любой,
А впрочем, мы ребята нежные
С травмированной детскою душой.

Нам выпадает карта
От травмы до инфаркта.
Мы ожидаем фарта,
Мы ангелы азарта!

И пусть святые,
Пресытившись едой и женским полом,
На настоящих идолов глядят.
«Медведи» злые
Невероятным, бешеным футболом
Божественные взоры усладят.

Тиски медвежие
Смыкаются — визжат:
«Спасите наши души нежные,
Нетронутые души медвежат!»

Владимир Набоков — Football

Я видел, за тобой шел юноша, похожий
на многих; знал я все: походку, трубку, смех.
Да и таких, как ты, немало ведь, и что же,
люблю по-разному их всех.

Вы проходили там, где дружественно-рьяно
играли мы, кружась под зимней синевой.
Отрадная игра! Широкая поляна,
пестрят рубашки; мяч живой

то мечется в ногах, как молния кривая,
то — выстрела звучней — взвивается, и вот
подпрыгиваю я, с размаху прерывая
его стремительный полет.

Увидя мой удар, уверенно-умелый,
спросила ты, следя вращающийся мяч:
знаком ли он тебе — вон тот, в фуфайке белой,
худой, лохматый, как скрипач.

Твой спутник отвечал, что, кажется, я родом
из дикой той страны, где каплет кровь на снег,
и, трубку пососав, заметил мимоходом,
что я — приятный человек.

И дальше вы пошли. Туманясь, удалился
твой голос солнечный. Я видел, как твой друг
последовал, дымя, потом остановился
и трубкой стукнул о каблук.

А там все прыгал мяч, и ведать не могли вы,
что вот один из тех беспечных игроков
в молчанье, по ночам, творит, неторопливый,
созвучья для иных веков.

Владимир Вишневский — Кто-то тянется к водному поло

Кто-то тянется к водному поло
Кто-то жаждет натягивать лук,
А футбол популярней гандбола
Ибо ноги волнительней рук.

Андрей Вознесенский — Футбольное

Левый крайний!
Самый тощий в душевой,
Самый страшный на штрафной,
Бито стекол — боже мой!
И гераней…
Нынче пулей меж тузов,
Блещет попкой из трусов
Левый крайний.

Левый шпарит, левый лупит.
Стадион нагнулся лупой,
Прожигательным стеклом
Над дымящимся мечом.

Правый край спешит заслоном,
Он сипит, как сто сифонов,
Ста медалями увенчан,
Стольким ноги поувечил.

Левый крайний, милый мой,
Ты играешь головой!

О, атака до угара!
Одурение удара.
Только мяч,
мяч,
мяч,
Только — вмажь,
вмажь,
вмажь!
«Наши — ваши» — к богу в рай…
Ай!
Что наделал левый край.

Мяч лежит в своих воротах,
Солнце черной сковородкой.
Ты уходишь, как горбун,
Под молчание трибун.

Не сбываются мечты,
С ног срезаются мячи.

И под краном
Ты повинный чубчик мочишь,
Ты горюешь
и бормочешь:
«А ударчик — самый сок,
Прямо в верхний уголок!»

Владимир Высоцкий — Комментатор из своей кабины

Комментатор из своей кабины
Кроет нас для красного словца,
Но недаром клуб «Фиорентины»
Предлагал мильон за Бышовца.

Ну что ж, Пеле как Пеле,
Объясняю Зине я,
Ест Пеле крем-брюле
Вместе с Жаирзинио.

Я сижу на нуле,
Дрянь купил жене — и рад.
А у Пеле — «шевроле»
В Рио-де-Жанейро.

Муром занялась прокуратура.
Что ему?! Реклама! — он и рад.
Ну, здесь бы Мур не выбрался из МУРа,
Если б был у нас чемпионат.

А что? Ну, Пеле как Пеле,
Объясняю Зине я,
Ест Пеле крем-брюле
Вместе с Жаирзинио.

Я сижу на нуле,
Дрянь купил жене — и рад.
А у Пеле — «шевроле»
В Рио-де-Жанейро.

Может, не считает и до ста он,
Но могу сказать без лишних слов:
Был бы глаз второй бы у Тостао —
Он вдвое больше б забивал голов.

Ну что Пеле? Пеле как Пеле,
Объясняю Зине я,
У Пеле на столе
Крем-брюле в хрустале,
А я сижу на нуле.

Олег Сердобольский — Футболист

Я был в нападенье — ракета,
В защите стоял, как броня,
Но кокнул стекло — и за это
Поставили в угол меня.

В углу мне стоять неохота,
Такая скучища — хоть вой.
Поставили б лучше в ворота
И били бы мне угловой!

Ирина Гаврилова — Скорей на стадион

Скорей на стадион, ура!
Нас ждет любимая игра.
В ней главное, конечно, гол.
Зовется та игра — футбол.
Неутомимы и легки,
Бегут по полю игроки,
Перед собою мяч ведут,
Мелькает он и там, и тут.
Вот отличилось нападенье,
Ревут трибуны, все в волненьи.
Хватается за сердце кто-то,
А мяч, смотри, уже в воротах…
Два тайма быстро пролетели,
И хоть сегодня мы болели,
Но к доктору, нет, не пойдем,
Вновь на футбол билет возьмем!

Владимир Высоцкий — Вратарь (Льву Яшину)

Да, сегодня я в ударе, не иначе —
Надрываются в восторге москвичи:
Я спокойно прерываю передачи
И вытаскиваю мёртвые мячи.

Вот судья противнику пенальти назначает —
Репортёры тучею кишат у тех ворот.
Лишь один упрямо за моей спиной скучает —
Он сегодня славно отдохнёт!

Но спокойно!
Вот мне бьют головой…
Я коснулся —
подают угловой.
Бьёт «десятый» — дело в том,
Что своим «сухим листом»
Размочить он может счёт нулевой.

Мяч в моих руках — с ума трибуны сходят, —
Хоть «десятый» его ловко завернул —
У меня давно такие не проходят.
Только сзади кто-то тихо вдруг вздохнул.

Обернулся, голос слышу из-за фотокамер:
«Извини, но ты мне, Лёва, снимок запорол.
Что тебе — ну, лишний раз потрогать мяч руками,
Ну а я бы снял красивый гол».

Я хотел его послать —
не пришлось:
Еле-еле мяч достать
удалось.
Но едва успел привстать,
Слышу снова: «Вот опять!
Ну зачем хватаешь мяч?
Дал бы снять».

«Я, товарищ дорогой, вас понимаю,
Но культурно вас прошу: пойдите прочь!
Да, вам лучше, если хуже я играю,
Но поверьте — я не в силах вам помочь».

Вот летит девятый номер с пушечным ударом,
Репортёр бормочет, просит: «Дай ему забить.
Буду всю семью твою всю жизнь снимать задаром…»
Чуть не плачет парень. Как мне быть?

«Это всё-таки футбол, —
говорю, —
Нож по сердцу каждый гол
вратарю». —
«Да я тебе как вратарю
Лучший снимок подарю.
Пропусти, а я отблагодарю».

Гнусь, как ветка, от напора репортёра,
Неуверенно иду на перехват…
Попрошу-ка потихонечку партнёров,
Чтоб они ему разбили аппарат.

Ну а он всё ноет: «Это, друг, бесчеловечно.
Ты, конечно, можешь взять, но только, извини, —
Это лишь момент, а фотография навечно.
Ну, так что ценнее? Расцени!»

Пятый номер в двадцать два
знаменит.
Не бежит он, а едва
семенит,
В правый угол мяч, звеня,
Значит, в левый от меня,
Залетает и нахально лежит.

В этом тайме мы играли против ветра.
Так что я не мог поделать ничего.
Снимок дома у меня — два на три метра —
Как свидетельство позора моего.

Проклинаю миг, когда фотографу потрафил,
Ведь теперь я думаю, когда беру мячи:
«Сколько ж мной испорчено прекрасных фотографий…»
Стыд меня терзает, хочь кричи.

Искуситель-змей, палач,
как мне жить?
Так и тянет каждый мяч
пропустить.
Мне не справиться с собой —
Видно, жребий мой такой,
Потому и ухожу на покой.

Николай Добронравов — Ах, футбол

Мы видали Пеле и Гарринчу,
Эти парни играли отлично.
Был изящный футбол,
Но те сраженья позади,
А решающий гол,
Безусловно, впереди.

Главные матчи не сыграны,
Лучшие пасы не выданы.
Ищем футбольные истины
В центре, на флангах, в штрафной.

Ах, футбол – сердца звонкие струны!
Наши все на восточной трибуне.
Здесь, в сплочённых рядах,
Самый преданный народ!
Есть надежда в сердцах,
Что «Спартак» не подведёт!

Главные матчи не сыграны,
Лучшие пасы не выданы.
Ищем футбольные истины:
Будет большая игра!

Есть в команде отличные парни!
Есть в запасе у нас левый крайний,
Он до главных боёв
В дубле держится пока:
У него сто финтов
И удар издалека.

Главные матчи не сыграны,
Лучшие пасы не выданы.
Ищем футбольные истины
В ритмах внезапных атак!

Ах, футбол – сердца звонкие струны!
Мы опять на восточной трибуне.
Все в атаку, друзья,
Эй, вратарь, не подведи!
Если нынче ничья,
То победа впереди!

Николай Отрада — Футбол

И ты войдешь. И голос твой потонет
В толпе людей, кричащих вразнобой.
Ты сядешь. И как будто на ладони
Большое поле ляжет пред тобой.

И то мгновенье, верь, неуловимо,
Когда замрет восторженный народ,-
Удар в ворота! Мяч стрелой и… мимо.
Мяч пролетит стрелой мимо ворот.
И, на трибунах крик души исторгнув,
Вновь ход игры необычайно строг…

Я сам не раз бывал в таком восторге,
Что у соседа пропадал восторг,
Но на футбол меня влекло другое,
Иные чувства были у меня:
Футбол не миг, не зрелище благое,
Футбол другое мне напоминал.

Он был похож на то, как ходят тени
По стенам изб вечерней тишиной.
На быстрое движение растений,
Сцепление дерев, переплетенье
Ветвей и листьев с беглою луной.

Я находил в нем маленькое сходство
С тем в жизни человеческой, когда
Идет борьба прекрасного с уродством
И мыслящего здраво с сумасбродством.
Борьба меня волнует, как всегда.

Она живет настойчиво и грубо
В полете птиц, в журчании ручья,
Определенна, как игра на кубок,
Где никогда не может быть ничья.

Лидия Слуцкая — Оранжевый футбол

В футбол зимой играют те,
Кому всё нипочём,
Но им приходится играть
Оранжевым мячом.

Оранжевый как апельсин,
Как солнце, как морковь,
Подпрыгивая, он летит
К воротам вновь и вновь.

Пускай разметку замело,
Кричат трибуны: «Гол!»
Как здорово зимой играть
В оранжевый футбол!

Николай Заболоцкий — Футбол

Ликует форвард на бегу.
Теперь ему какое дело!
Недаром согнуто в дугу
Его стремительное тело.
Как плащ, летит его душа,
Ключица стукается звонко
О перехват его плаща.
Танцует в ухе перепонка,
Танцует в горле виноград,
И шар перелетает ряд.

Его хватают наугад,
Его отравою поят,
Но башмаков железный яд
Ему страшнее во сто крат.
Назад!

Свалились в кучу беки,
Опухшие от сквозняка,
Но к ним через моря и реки,
Просторы, площади, снега,
Расправив пышные доспехи
И накренясь в меридиан,
Несётся шар.

В душе у форварда пожар,
Гремят, как сталь, его колена,
Но уж из горла бьёт фонтан,
Он падает, кричит: «Измена!»
А шар вертится между стен,
Дымится, пучится, хохочет,
Глазок сожмёт: «Спокойной ночи!»
Глазок откроет: «Добрый день!»
И форварда замучить хочет.

Четыре гола пали в ряд,
Над ними трубы не гремят,
Их сосчитал и тряпкой вытер
Меланхолический голкипер
И крикнул ночь. Приходит ночь.
Бренча алмазною заслонкой,
Она вставляет чёрный ключ
В атмосферическую лунку.
Открылся госпиталь. Увы,
Здесь форвард спит без головы.

Над ним два медные копья
Упрямый шар верёвкой вяжут,
С плиты загробная вода
Стекает в ямки вырезные,
И сохнет в горле виноград.
Спи, форвард, задом наперёд!

Спи, бедный форвард!
Над землёю
Заря упала, глубока,
Танцуют девочки с зарёю
У голубого ручейка.
Всё так же вянут на покое
В лиловом домике обои,
Стареет мама с каждым днём…
Спи, бедный форвард!
Мы живём.

Евгений Евтушенко — Вратарь выходит из ворот

Вот революция в футболе:
вратарь выходит из ворот
и в этой новой странной роли
как нападающий идет.
Стиль Яшина
мятеж таланта,
когда под изумленный гул
гранитной грацией гиганта
штрафную он перешагнул.
Захватывала эта смелость,
когда в длину и ширину
временщики хотели сделать
штрафной площадкой
всю страну.
Страну покрыла паутина
запретных линий меловых,
чтоб мы,
кудахтая курино,
не смели прыгнуть через них.
Внушала,
к смелости ревнуя,
Ложно-болелыцицкая спесь:
вратарь,
не суйся за штрафную!
Поэт, в политику не лезь!
Ах, Лев Иваныч,
Лев Иваныч,
но ведь и любят нас за то,
что мы
куда не след совались
и делали незнамо что.
Ведь и в безвременное время
всех грязных игр договорных
не вывелось в России племя
пересекателей штрафных!
Купель безвременья
трясина.
Но это подвиг,
а не грех
прожить и честно,
и красиво
среди ворюг
и неумех.
О радость
вытянуть из схватки,
бросаясь будто в полынью,
мяч,
обжигающий перчатки,
как шаровую молнию!
Ах, Лев Иваныч,
Лев Иваныч,
а вдруг,
задев седой вихор,
мяч,
и заманчив и обманчив,
перелетит через забор?
Как друг ваш старый,
друг ваш битый,
прижмется мяч к щеке
небритой,
шепнет, что жили вы не зря.
И у мячей бывают слезы,
на штангах расцветают розы
лишь для такого вратаря!

Евгений Евтушенко — Прорыв Боброва

Вихрастый, с носом чуть картошкой,-
ему в деревне бы с гармошкой,
а он — в футбол, а он — в хоккей.
Когда с обманным поворотом
он шёл к динамовским воротам,
аж перекусывал с проглотом
свою «казбечину» Михей.

Кто — гений дриблинга, кто — финта,
а он вонзался, словно финка,
насквозь защиту пропоров.
И он останется счастливо
разбойным гением прорыва,
бессмертный Всеволод Бобров!

Насквозь — вот был закон Боброва.
Пыхтели тренеры багрово,
но был Бобёр необъясним.
А с тем, кто бьет всегда опасно,
быть рядом должен гений паса,-
так был Федотов рядом с ним.

Он знал одно, вихрастый Севка,
что без мяча прокиснет сетка.
Не опускаясь до возни,
в безномерной футболке вольной
играл в футбол не протокольный —
в футбол воистину футбольный,
где забивают, чёрт возьми!

В его ударах с ходу, с лёта
от русской песни было что-то.
Защита, мокрая от пота,
вцеплялась в майку и трусы,
но уходил он от любого,
Шаляпип русского футбола,
Гагарин шайбы на Руси.

И трепетал голкипер «Челси».
Ронял искусственную челюсть
надменный лорд с тоской в лице.
Опять ломали и хватали,
но со штырей на льду слетали,
трясясь, ворота ЛТЦ.

Держали зло, держали цепко.
Таланта высшая оценка,
когда рубают по ногам,
но и для гения не сладок
почёт подножек и накладок,
цветы с пинками пополам.

И кто-то с радостью тупою
уже вопил: «Боброва с поля!»
Попробуй сам не изменись,
когда заботятся так добро,
что обработаны все рёбра
и вновь то связки, то мениск.

Грубят бездарность, трусость, зависть,
а гений всё же ускользает,
идя вперед на штурм ворот.
Что ж, грубиян сыграл и канет,
а гений и тогда играет,
когда играть перестаёт.

И снова вверх взлетают шапки,
следя полет мяча и шайбы,
как бы полёт иных миров,
и вечно — русский, самородный,
на поле памяти народной
играет Всеволод Бобров!

Осип Мандельштам — Второй футбол

Рассеян утренник тяжелый,
На босу ногу день пришел;
А на дворе военной школы
Играют мальчики в футбол.

Чуть-чуть неловки, мешковаты —
Как подобает в их лета, —
Кто мяч толкает угловатый,
Кто охраняет ворота…

Любовь, охотничьи попойки —
Все в будущем, а ныне — скорбь
И вскакивать на жесткой койке,
Чуть свет, под барабанов дробь!

Увы: ни музыки, ни славы!
Так от зари и до зари,
В силках науки и забавы,
Томятся дети-дикари.

Осенней путаницы сито.
Деревья мокрые в золе.
Мундир обрызган. Грудь открыта.
Околыш красный на земле.

Саша Черный — На пустыре

Три подмастерья, —
Волосы, как перья,
Руки глистами,
Ноги хлыстами
То в глину, то в ствол, —
Играют в футбол.

Вместо мяча
Бак из-под дёгтя…
Скачут, рыча,
Вскинувши когти,
Лупят копытом, —
Визгом сердитым
Тявкает жесть:
Есть.

Тихий малыш
В халатике рваном
Притаился, как мышь,
Под старым бурьяном.
Зябкие ручки
В восторге сжимает,
Гладит колючки,
Рот раскрывает,
Гнется налево-направо:
Какая забава!

Старичок сосёт былинку,
Кулачок под головой…
Ветер тихо-тихо реет
Над весеннею травой.
Средь кремней осколок банки
Загорелся, как алмаз.
За бугром в стене зияет
Озарённый солнцем лаз…
Влезла юркая старушка.
В ручке — пёстрый узелок.
Старичок привстал и смотрит, —
Отряхнул свой пиджачок…
Сели рядом на газете,
Над судком янтарный пар…
Старушонка наклонилась,—
Юбка вздулась, словно шар.
А в камнях глаза — как гвозди,
Изогнулся тощий кот:
Словно чёрт железной лапой
Сжал пустой его живот!

На перевёрнутый ящик
Села худая, как спица,
Дылда-девица,
Рядом — плечистый приказчик.

Говорят, говорят…
В глазах — пламень и яд, —
Вот-вот
Она в него зонтик воткнёт,
А он её схватит за тощую ногу
И, придя окончательно в раж,
Забросит её на гараж —
Через дорогу…
Слава Богу!
Все злые слова откипели,—
Заструились тихие трели…
Он её взял,
Как хрупкий бокал,
Деловито за шею,
Она повернула к злодею
Свой щучий овал:
Три минуты её он лобзал
Так, что камни под ящиком томно хрустели.

Потом они яблоко ели:
Он куснет, а после — она,—
Потому что весна.

Олег Григорьев — Футбол

Фут налево — фут направо,
Пас вперед и в сетке бол,
Не убавил, не прибавил:
Вот он — истинный футбол.

Сквозь защиту парень рвется
Может, будущий Пеле…
Жаль, сшивать его придется
Под морфином на столе.

Сделал стоп хавбеку стоппер.
Хав лежит. Тут нужен опер.
Как уделали Круиффа,
Разберется только ФИФА.

Марадоны резвый бег
Останавливает бек.
Марадону валят с ног,
Он кривляется, контужен:
Чем талантливей игрок,
Тем ему, понятно, хуже.

Дознаётся ИНТЕРПОЛ,
Кулаком ли вбил он гол?
Вышел на поле Пеле:
Глянул впра — пошёл нале,
Шёл нале — ударил впра.
В сетке брешь, как от ядра.

Бесподобный Пауло Росси
Как траву защиту косит.
Человек этот опасный:
По-латыни Росси — красный.

Это Круифф создаёт
У ворот водоворот.
Джалма Сантос — акробат:
Сел в подкате на шпагат.

От удара Ривелино
Штанга лопается вдруг,
И летят две половины —
Та на запад, та на юг.

С шеи крест срывает Бест
И в припадке землю ест.
Вновь забить не удалось:
Бест разыгрывает злость.

Апеллируя к трибунам,
Бакенбарды Жора рвет,
Негодует, в общем, бурно,
Эпатируя народ.

Если Бест права качает,
То болельщик не скучает
(Все ж его таланта жалко —
Весь растрачен в перепалках).

Блохину поддели ногу,
Но вотще взывал он к Богу.
Думали, что опочил.
Но свисток — и он вскочил.

Знаменитый Рейсенбринк
Странный делает хет-трик.
Ну хоть смейся, хоть реви, —
Гол в чужие, два в свои.

Залепил испанец Хенто
Мяч в фотокорреспондента.
Улетает аппарат
Далеко на верхний ряд.

Прямо с аута в ворота
Умудрился бросить кто-то!
Это Шнеллингер, атлет, —
Мяч забил, а гола нет.

Долго рефери гадали,
Все же мяч не засчитали.
Не заметили, а зря:
Мяч коснулся вратаря.

Помню гол феноменальный:
В продолжении свистка.
Дал судья свисток финальный —
Пнул Пеле издалека,
И пока звучал свисток,
Мяч спокойно в сетку лег.

Всю планету, как Атлант,
Сдвинул «Черный бриллиант».
Если в поле Платини,
Лучше время не тяни.

Нет подобных геометров:
Мяч вбивает за сто метров.
Как бы держится в тени
И сплетает паутину.
Стенка что для Платини —
Для него нужна плотина.

Бьет Герд Мюллер с разворота
Выдающийся игрок.
Бил назад, а мяч в воротах!
Вот уж истинный волчок.
Пяткой гол забил! Ура.
Где ж родилась та игра?

Выдвигалось версий много,
Но, наверно, вот в чем суть:
Человечек встал на ноги,
Сразу надо что-то пнуть —
Репу, мышку, колобок…
Коротал, наверно, Бог
С молодым Адамом время,
Поддавая мяч в Эдеме.

В Древней Греции играли
Дутым бычьим пузырем,
Черепа врагов вгоняли
В городских ворот проем.

Или в местности открытой
Воздвигались ворота;
У ворот стеной защита,
На воротах страж — вратарь:
Щит налево, мяч направо,
Страж лежит. В воротах мяч.
Кто мощнее, тот и правый,
Побежденный — тот хоть плачь.

Футболистам за успехи
Подносились в дар доспехи.
В царстве Хань до нашей эры
Был футбол — игра Чжу-Кень;
Футболисты-пионеры
Мяч гоняли целый день.

Мячик — Ке, а Чжу — удар:
В город с поля пыль и пар.
Кто закатит мяч в ворота,
Тем кратеры — знак почета!
Проигравших ждала порка,
А затем ворот разборка.

Был футбол тогда раскован,
Хоть в доспехи и закован,
Как сейчас непринужденным,
Все же — горе побежденным!

Тот футбол, который есть, —
За него британцам честь.
Как ни странно, все законы
Где, когда и как играть,
Четко вывели масоны —
Не игра, а благодать!

Это — радость, это — слезы,
Покорил футбол весь мир,
Кубки, пули, лавры, слезы
И эмоций целый мир.

И не странно, что в футбол
Заиграл вдруг женский пол.
Подается угловой.
Мяч дугой влетает в сетку,
Вот что значит «лист сухой»,
Но «листом» владеет редкий.

Изобрел его Гарринча:
Косолап, неудержим…
Жаль, устроили суд Линча
Прямо на поле над ним.

Стала левая ударная
Параллелепипедарная.
По страховке, правда, он
Получил свой миллион.

Все же верх взял Марадона:
Полноги — три миллиона.

От Скуадры, от Адзуры
Ждут всегда большой культуры…
А Адзура, а Скуадра
Мечет мячики, как ядра.

Головой забить в паденье
Вздумал центр нападенья.
Для француза та минута
Оказалась роковой:
Изогнулся форвард круто.
Мяч прошел над головой.

Локоть выставил Шумахер —
Срезал скальп, как парикмахер.
Прослезился стадион,
Будто каждый съел лимон.

Гром и молния из туч,
Будто там военный путч;
Дождь и град, трибуны стонут:
Прекратить пора футбол,
Игроки по горло тонут:
Начинайте ватерпол!

Поле вспахано, как пашня:
День обычный сентября.
В общей схватке рукопашной
Закопали вратаря.

Шел болельщик на спектакль,
А попал он на миракль.

Полетели в грязь подушки —
Да-а, игра совсем плоха,
Громыхнуть пора из пушки,
Зря пустили петуха.

Игроки резину тянут,
А трибуны тамбуринят,
И тамтамят, и тимпанят,
Барабан был кем-то кинут.

В морг отправлен правый крайний,
Этот случай, правда, крайний.
Бьют с двух метров по воротам —
Мячик в небо полетел.
Стадион, подобно сотам,
Возмущенно загудел.
(Есть, конечно, и такого
Мастера «листа сухого».)

Среди хохота и слез
Можно втиснуть список звезд:
Кавалеров не меча
А футбольного мяча.

Помню был Копа — француз…
Но первейший — сэр Мэтьюз,
До пятидесяти лет
Был в расцвете лорд-атлет.

Он, пожалуй, самый старый
Патриарх из суперстаров.
Без Эйсейбио с Мозамбика
Список выглядел бы дико.
(Жаль, в лепешку разутюжена
Эта «Черная жемчужина».)

Чарльтон, Альберт, Бест, Ривера
И Герд Мюллер беспримерный,
Яшин, Лоу, Массопуст —
И без них тот список пуст.

Киган, Росси, Руммениге,
Наш Блохин в почетной книге.
Бекенбауэр, Сименсе —
Да и то еще не все.

И, конечно, без Стефано
Закрывать тот список рано.
Платини, Платини, Плати…
Трижды к ряду, может, хватит.

Вот и новый ас готов —
Русский Игорь Бе-ла-нофф.
Были звезды и получше,
В спорте слава — дело случая.

Остальные — аргентинцы,
Уругвайцы и бразильцы.
Но у них свои законы,
Там уж, надо полагать,
Первым будет Марадона
Лет еще, наверно, пять.

С малых лет американцы
Темповые пляшут танцы
Футболистов там немало,
«Чемпионов карнавала».

И не только Аргентина —
Вся Америка Латина
В жесткий спорт приносит радость:
В этом сила их и слабость.

Гениальные бразильцы
Закрутили карусели,
Не постигли джиу-джитцы —
Вот и снова в лужу сели.

Артистичные ребятки
Все играли, хохоча,
Мячик в цель летел от пятки,
От затылка, от плеча.

Танцевали как бы самбу,
А на них с приемом самбо,
Игровой постигли юмор,
А их тренер в кресле умер.

Нынче классный футболист
Должен быть каратеист:
Локоть — влево, локоть — вправо,
В пах — колено, в сетке — бол.
Вывих, снос, нокаут, травма —
Вот такой пошел футбол.

Строят стенку у ворот,
Их — назад, они — вперед.
Приросли к плечу плеча.
Крепко сдвинуты коленки.
Стенку двигать от мяча —
Это вам не мяч от стенки.

Что не могут лошадья,
То пытается судья.
Задыхаться было начал
Забетоненный футбол,
Но голландцы «каттеначио»
Сокрушили и вошел
В этот мир футбол тотальный,
Пережив момент летальный.

Круифф, Неескенс, Рейсенбринк —
Это в душной давке крик.
Как цветы в сухой траве,
Расцвели в футбольном мире:
Заменили дубль-ве
На четыре-два-четыре.

И теперь в почёте стал
Футболист-универсал!
Ты и левый, ты и правый.
Ты и пешка, и ладья.
Ты и в центре, ты и с краю.
Ну и сам себе судья.

Один-над-цати-метровый
Не влезает в этот стих,
Всё равно момент суровый —
Стадион на миг притих.

Вышел малый зело крепкий,
Не моргнув, в девятку бьет,
Но голкипер в серой кепке
Чудом мячик достает.
Рухнул он монументально
И очнулся моментально.

Кто же бросился, как лев?
Ну, конечно, это Лев.
На воротах если Яшин,
То пенальти нам не страшен!

Вездесущий Марадона
Редкой стати и красы.
Да, красив, как примадонна, —
Хвать Диегу за трусы:
Он бежит к воротам, гол, —
Гол, а в сетке всё же гол.

Стал плясать в воротах тангу —
А его лицом об штангу.
Перешёл с танго на румбу —
А его лицом о тумбу.

Даже на телеэкране
Завлекает, как гипноз,
Бог живой, а тоже ранен —
Вправо рот, налево нос.
Нос нале, а челюсть впра,
От мяча в сети дыра.

Марадону смело можно
В поле сравнивать с Пеле:
Тот как куб, и этот тоже
Пуп футбольный на земле.

А сравнить по славе если,
То с Битлами или с Пресли.
С Мохамедом можно тоже —
Мяч вбивал и кулаком,
Но Мохамед темнокожий
И давно сошел притом.

Да, хорош он, нету слов.
Но забьет ли Марадона
Больше тысячи голов?
Если да — его корона.

Величайшая награда —
Гол. Других наград не надо.
Гол — эссенция футбола,
Хоть в игре всего лишь штрих.
Марадона после гола
Убегает от своих:
А не то в экстазе счастья
Расхватают на запчасти.

Да, таков он на поле,
Жаль, что где-то в «Наполи»
До него почти все асы
Были в поле папуасы.

Все футбольные гиганты
Что-то ростом маловаты,
Волосаты, бородаты,
А по форме все — квадраты.

Был Гарринчча хромоног,
А Гердт Мюллер кривоног,
Ноги Беста — два крючочка,
А Пеле — тот вовсе бочка,
Уве Зеелер — колобок,
Чарльтон — лыс и кособок,
Вот и наш Диего тож
И квадратен, а хорош!

Тактик, техник филигранный,
Аналитик многогранный,
Хорошо, что аналитик
(А вот Бене — паралитик).

Виртуозов было много:
Киган, Бест, Диди, Вава.
Но у тех в игре лишь ноги,
У Диего — голова!

К сожаленью, слишком мало
В поле интеллектуалов:
Бекенбауэр, ди Стефано,
Наш Стрельцов, сошедший рано,
Герсон, Джачич, Чарльтон Боб —
Вот, пожалуй что, и стоп.
Ноги думают, увы,
Много лучше головы.

Тут калека, там калека.
Свалка вышла у ворот.
Выбегает с сумкой лекарь,
В сумке скальпель, вата, йод.

Чья нога? Кого лечить?
Где Диего, Бреме, Бригель?
Это все изобразить
Может только Питер Брейгель:
Вся футбольная элита
На траве лежит побита,
И площадка стадионная
Стала операционная.

Вверх подали угловой,
Бить удобно головой,
Но расчетливый голкипер
На прыжке колено выпер —
И слегка звезде в поддых:
Хватит парень — передых.

Ведь ему плевать стократ,
Что Сократес? Хоть Сократ…
Под шумок снесли хавбека —
С год уж точно он калека.

Хант влетел в ворота с треском.
Ну сейчас он на подвесках.
Пушкаш, Альберт, Бонек, Лях —
Ходят все на костылях.

Вот на радость злым ребятам
Номер три столкнулся с пятым:
Пятый номер
Вскоре помер,
Третий нумер
Тоже умер.

Вот на радость дуракам
Бьют кого-то по ногам.

Вот на счастье идиотам
Лоб разбил об стенку кто-то,
И садистам в наслажденье
Он раздавлен при паденьи.

То-то радости кретинам:
Был плюгав — очнулся длинным.
Стала правая ударная
К левой перпендирулярная.

Хав не прав. Он драку начал,
Нам судья штрафной назначил.

Тут фанаты-психопаты,
Горлопаня что есть мочи,
Заряжают автоматы
И судью на месте мочат.

Стадион на миг притих:
Подстрелили двух своих.
Это вовсе непорядок —
Грустный вызвал он осадок…

Если в поле «Ливерпуль»,
То не надо тратить пуль.

Фаны кончили на месте
Человек примерно двести.
Всех убили, но ведь это
Нарушенье этикета.

Бе-бе-бедные тифози
Шли болеть — почили в бозе.
Это траур, это горе.
Что ж всегда — мементо мори
(минута молчания).

Но припомнится всё это:
Пострашней грядет вендетта!

Игроки сыграли в кость —
Прилегли надолго оба.
Хороша в футболе злость.
Злость, конечно, но не злоба.
Провинились обоюдно.
Кость вправлять же очень трудно.

Кто-то рядом говорит:
— Я болею за «Зенит».
— А тебя я говорю,
Что болею за «Зарю».
Вот болельщик ЦСКА
Бьет фаната «Спартака».

Полетели вниз бутылки,
Закрывай свои затылки.
Хорошо, на этот раз
Я принес с собою таз.

Кто-то в секцию вторую
Бросил шашку дымовую.
Хорошо, я в этот раз
Прихватил противогаз.

От ворот и до ворот
Лева Яшин в сетку бьет.
Как в поленнице поленья,
Все лежат от удивленья.

Да, удар был тот жесток…
Проглотил судья свисток.
Чтобы выразить все сразу,
Кулаком я бью по тазу.

Я фанатик «Спартака»,
Но подводит он пока.

Нам, фанатам, от ворот
В полном смысле поворот:
Как в тюрьме — у входа — шмон,
«Малыша» нашли — и вон!
Видят: бело-голубой —
И привет! Иди домой.

Снова нашим футболистам
Далеко до финалистов.
Да, чего таить греха —
Наша сборная плоха:
Вроде все играют дружно,
Но не весело, натужно.

Да, плоха, а все же наша,
Вот когда был Лева Яшин…

— Не родилось молодца
Лучше Эдика Стрельца!
Всю защиту протаранит,
Никого притом не ранит.

Мощный Эдика рывок
Удержать никто не мог.
Разговор с мячом короткий —
Гол вбивал прямой наводкой.

— А я помню, был Бутусов,
Вот уж мощью обладал —
Бил мячи он, как арбузы,
Сетки рвал, столбы ломал.

Раз Бутусов выдал свечку,
Запрещенную, ногой —
Мячик с неба ждали вечность,
После вбросили другой.

У косматых англичан
Вратарем был обезьян.
Штрафняка ударил Миша,
Шимпанзе лежит, не дышит.

Мячик пнул за боковую,
Все легли на боковую.

— Да, а Всеволод Бобров
С ног валил мячом коров…

Впрочем, это только шутки,
Но удар его был жуткий —
Вряд ли он кого убил:
Ведь пенальти и штрафные
Вовсе Всеволод не бил.

Хоккеистом был отменным
И боксером наш спортсмен,
Бить лишь в каменные стены
Мог бы этот джентльмен.

Югославам вбил Бобров
В три минуты пять голов,
Не толкаясь, не грубя,
Бил он влет, через себя.

— А Дементьев! Ну и сила!
Как давно все это было…
— А Воронин, Сабо, Нетто
(Игроков таких уж нету)…

Месхи, Старостин, Федотов
(От футбола Дон Кихотов)…
Карцев, Хомич, Метревели
Бесподобны, в самом деле.

Подняло их выше тучи,
И с небес — плашмя о кручи.

Те почили, эти спились,
Все как в Лету провалились —
Миша, Эдик, Леня, Слава
(Коротка в футболе слава).

Лев играл подобно Богу,
А ему отняли ногу.
Ты от травмы стал урод:
Даже двор не признает —
Ни поклонник, ни поклонница
Не узнают, не поклонятся.

С бормотухой из парадной
Дворник выметет злорадный.
Прачки выкупают в прачке.
Где купюр тугие пачки?

Было — перепокупали,
А теперь вот искупали,
Да… не то стекало мыло…
Как давно все это было…

Стадионы брали с бою —
Негде яблоку упасть.
Игроков везли с конвоем —
На «Спартак» и не попасть.

Все кричат: «Судью на мыло!
В жернова, на порошок. »
На игру с собой тащили
Водки чуть ли не мешок.

Мужики играли в поле —
Корчей не было от боли,
И трибуну уважали:
Вышли в поле — так ИГРАЛИ!

За один однажды матч
Вбили двадцать один мяч.
Семь — шестнадцать пораженье
Никому не в удивленье.

Если травма, то без плача.
И не чмокались взасос,
А случалась неудача,
То без жалоб и без слёз.

Вышли женщины на поле…
Если дальше так пойдёт,
То на смешанном футболе
Сполигамится народ —
Тех, кто будет забивать,
С поля — сразу же в кровать.

А пойдут когда детишки —
То в загольные мальчишки.

Застоялый нынче кризис —
В смысле зрителя настал.
Да, футбол, конечно, вырос,
Интерес, увы, пропал.

У команд финансы тают,
Стадион забит на треть.
Ведь футбол предпочитают
Все по телику смотреть.

Фут в ворота, в небо бол.
Вот такой теперь футбол…

Стадион дрожит от стона —
Это в поле Марадона!
Может, он спасёт футбол?

Источник https://antrio.ru/stihi-pro-futbol/
Источник
Источник

Оставить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

Scroll To Top
http://srealt.comhttp://otellook.com